0bc287a7

Эллисон Харлан - Чужое Вино



Харлан ЭЛЛИСОН
ЧУЖОЕ ВИНО
Двое полицейских, поддерживая Виллиса Коу, провели его к накрытому
одеялом телу. Темно-коричневая полоса начиналась в пятидесяти ярдах от
тела и исчезала под одеялом. Коу слышал, как один из зрителей сказал: "Ее
отбросило сюда. Ужасно." Он не хотел, чтобы ему показывали его дочь.
Но нужно было провести опознание, и поэтому один из полицейских
крепко держал его, а другой опустился на колени и отбросил одеяло. Он
узнал нефритовый кулон, который подарил ей на окончание школы. Больше
ничего узнать было невозможно.
- Это Дебби, - сказал он, отворачиваясь.
"Почему это случилось со мной? - думал он. - Я же не отсюда, я не
один из них. Это должно было произойти с человеком."
- Ты сделал укол?
Он поднял голову от газеты и попросил повторить.
- Я спросила, - негромко сказала Эстелла. - Принял ли ты инсулин?
Он бегло улыбнулся, поняв ее озабоченность и нежелание вторгаться в
его горе, и сказал, что сделал укол. Жена кивнула и сказала:
- Пойду наверх, лягу. Ты идешь?
- Чуть позже.
- Снова уснешь в кресле и упадешь.
- Не беспокойся. Скоро приду.
Она постояла, глядя на него, потом повернулась и начала подниматься
по лестнице. Он вслушивался в обычные звуки наверху - шум в туалете,
журчание воды в раковине и скрип двери шкафа. Вот пружины постели
об'явили, что Эстелла легла. Тогда он переключил телевизор на тридцатый
канал, пустой, и убрал звук, чтобы не слышать шуршания "снега".
Несколько часов он сидел перед телевизором, прижав руку к экрану, в
надежде, что пронизывающие руку электроны позволят ему увидеть сквозь
плоть чуждые кости.
В середине недели он спросил у Харви Ротхаммера, сможет ли он взять
отгул в четверг и с'ездить в Фонтану, в больницу к сыну. Ротхаммер был
недоволен, но не отказал. Коу потерял дочь, а сын на девяносто пять
процентов недвижим, лежит в специальной постели, и нет никакой надежды,
что он когда-либо сможет ходить. Поэтому он сказал, что Коу может взять
выходной, но он не должен забывать, что апрель на носу, а для бухгалтера
это горячее время. Виллис Коу заверил его, что знает об этом.
В двадцати милях к востоку от Сан-Димаса автомобиль вышел из строя, и
Коу сидел за рулем в одуряющем зное и смотрел на пустыню, пытаясь
вспомнить, как выглядит поверхность его родной планеты.
Его сын, Джилван, прошлым летом отправился на каникулы к другу в
Нью-Джерси. Друзья устроили импровизированный бассейн на заднем дворе.
Джил нырнул и ударился о дно; он сломал позвоночник.
К счастью, его сразу вытащили, и он не успел захлебнуться, но нижнюю
часть тела у него парализовало. Он мог двигать руками, но не пальцами.
Виллис с'ездил на восток, перевез сына в Калифорнию, и вот Джил лежит в
больнице в Фонтане.
Он смог вспомнить только цвет неба. Ярко-зеленый, прекрасный. И
существа, которые не были птицами: они скользили, а не летали. Больше он
ничего не мог вспомнить.
Машину отбуксировали в Сан-Димас, но в гараже не было нужных
запчастей, и за ними послали в Лос-Анжелес. Коу оставил машину и добрался
домой автобусом. В эту неделю он так и не повидал Джила. Счет за ремонт
автомобиля составил двести восемьдесят шесть долларов сорок пять центов.
В марте постоянные ветры в Южной Калифорнии улеглись. К концу недели
пошел дождь, не такой сильный, как в Бразилии, где капли сливаются друг с
другом и где, бывает, люди захлебываются под дождем. Но достаточно
сильный, чтобы протекла крыша. Виллис Коу и Эстелла не спали всю ночь,
затыкая полотенцами щели у плинтусов в гостиной;



Назад